9.2. Лекция

С середины 80-х гг. начинается новый этап в истории нашей страны. Диссидентское движение, «самиздатовская» литература, критические статьи зарубежных авторов психологически подготовили советских людей к осуществлению перемен. В рабочем классе, крестьянстве, в среде интеллигенции, в самом партийном аппарате росло понимание того, что так жить дальше нельзя. Первые попытки поиска выхода из засасывающей страну трясины (при помощи жестких административных мер) были предприняты Ю.В. Андроповым – новым лидером страны, пришедшим на смену Брежневу.

В первые месяцы своего правления он провозгласил курс, направленный на социально-экономические преобразования. Однако все изменения во многом свелись к административным мерам, укреплению дисциплины среди работников партаппарата и на рабочих местах, разоблачению коррупции в близком окружении правящей верхушки. В январе 1983 г., выступая на Московском машиностроительном заводе, Андропов сказал, что строгий порядок капиталовложений не требует, а отдачу дает большую.

В некоторых городах СССР силовые органы стали применять меры, жёсткость которых в 1980-е годы населению показалась необычной. Например, в Ленинграде в рабочее время стали проводиться милицейские облавы в кинотеатрах, крупных универмагах и других местах скопления людей, во время которых тотально проверялись документы с целью выявить прогульщиков работы. Твёрдость проверок была такова, что в некоторые из них попадали прогуливающие уроки школьники, решившие посетить полуденный сеанс кино. Через несколько дней на имя директора школы приходило официальное письмо из силовых органов, докладывавшее о поимке прогульщиков с указанием фамилий. За несколько недель Ленинград погрузился в ужас перед новым режимом, и прогульщики предпочитали сидеть дома, боясь показаться на улице.

После тишайшего брежневского правления Андропов произвел в кадровой политике небольшое землетрясение. В течение года он заменил 20 % министров и секретарей обкомов партии. У значительной части граждан короткая «эпоха Андропова» вызывала поддержку и сочувствие. Во многих отношениях он казался лучше Брежнева. Впервые после многих лет победных реляций новый генсек откровенно заговорил о трудностях, испытываемых страной. В одном из первых своих выступлений Андропов заявил: «У меня готовых рецептов нет». Но и такая позиция способствовала росту популярности нового руководителя страны: честен, не склонен к пустым обещаниям. Андропов появлялся на людях с единственной Золотой звездой Героя социалистического труда. По сравнению с увешанным наградами Брежневым это казалось невероятной скромностью. Андропов грамотно и внятно говорил, чем выигрывал на фоне своего косноязычного предшественника.

Знавшие Андропова свидетельствуют, что интеллектуально он выделялся на общем сером фоне Политбюро застойных лет, был человеком творческим, не лишённым самоиронии. В кругу доверенных людей мог позволить себе сравнительно либеральные рассуждения. В отличие от Брежнева он был равнодушен к лести и роскоши, не терпел взяточничества и казнокрадства. Ясно, однако, что в принципиальных вопросах «интеллектуал из КГБ» придерживался жёсткой консервативной позиции.

Политическая и экономическая система при Андропове оставались неизменными. Были предприняты только те меры, которые как-то могли реабилитировать систему в глазах общественности. Идеологический контроль и репрессии против инакомыслящих ужесточились. Во внешней политике усилилась конфронтация с Западом. 

После смерти Андропова большинство членов Политбюро посчитало «спасительную» миссию Андропова выполненной и, что дальнейшее продолжение реформ может вызвать крах системы. Его политика не нашла продолжения. Его преемником стал представитель консервативного крыла советских коммунистов Константин Устинович Черненко. Чертами характера он был весьма схож с Брежневым: мягкий, доброжелательный, любил награды и лесть. Его правление стало «последним клапаном» для тоталитарной системы, не замедлившим, а, наоборот, ускорившим агонию и крах. В это время в высшем партийном руководстве начинают усиливаться позиции «реформаторов»: М.С. Горбачева, Н.И. Рыжкова, Э.А. Шеварднадзе.

После смерти Черненко Генсеком ЦК КПСС был избран М.С. Горбачев. Тогда еще никто не мог предположить, что он станет похоронщиком системы, приведшей его к власти. Не предполагал этого и он сам. Горбачев был самым молодым членом Политбюро в 1985 г. Ему было всего 54 года. До Москвы Горбачев был 1-м секретарем Ставрополья, поощрял эксперименты в сельском хозяйстве, но решающим фактом в его продвижении по служебной лестнице госаппарата стала его учеба в МГУ на юридическом факультете (необычно для советских руководителей). 

Совет Министров СССР возглавил Н.И. Рыжков (сентябрь 1985 г. – декабрь 1990 г.)

Новое руководство страны выступило с инициативой «обновления социализма». М.С. Горбачев и его сторонники стремились к совершенствованию системы в соответствии с ленинскими заветами. Была предпринята попытка восстановить органы управления, характерные для первых послереволюционных лет, но в новой форме: появились Съезды народных депутатов СССР. В середине 80-х гг. популярным стал лозунг «Больше социализма!». Попытки реформировать систему, не выходя за рамки социалистического выбора, получили название – «перестройка». Этот термин вошел во все языки мира и был понятен без перевода.